e312edbd     

Кукаркин Евгений - А Был Ли Мальчик



Евгений Кукаркин
А был ли мальчик?
ПРОЛОГ.
Я - заключенный. Сижу в колонии строгого режима вместе со всякими
подонками, полуподонками и, искалеченными душой, нормальными людьми и считаю
дни до выхода на волю. Местная сволочь, долго пыталась разобраться за что я
сижу. Наконец, решив, что я отравитель, сделала мне для начала "темную", а
потом отстала, так как таких заключенных, которые отправили на тот свет
многих граждан СССР, здесь полно.
Здесь я - лошадь, это значит- вся грязная работа достается париям
колонии, таким отходам, как я. Здесь есть и элитная погань, которой
достаются привилегированные рабочие места и деньги с ободранных лошадей.
Наступила весна и на ржавой траве газонов появились первые пятна
зелени. На чахлых деревцах вдоль казармы, почки еле-еле пробивались на
ветках, а на душе было муторно. Весна не приносила радости. В это утро меня
вызвали к начальнику колонии. Я шел, роясь в памяти, какие огрехи мог
совершить, за какие провинности меня может наказать начальство и почему так
рано.
В кабинете полковника сидело трое: сам полковник - начальник колонии,
издерганная жизнью и пьянством личность; хорошо одетый, с большой породистой
физиономией и холеной кожей, неизвестный мне гражданин; последний был...
Рабинович, да, да, сам доктор медицинских наук, член корреспондент академии
наук гражданин Рабинович.
Я доложил, как положено, что явился номер такой-то и застыл в ожидании.
Все трое уставились на меня, как на привидение и пауза затянулась уж
больно долго. Первый начал полковник.
- С вам хотели поговорить эти товарищи из Москвы.
Он кивнул головой в сторону прибывших и продолжал.
- Я вас покину, мне нужно на рапорт, а вы поговорите без меня.
Полковник встал, натянул на лысую голову фуражку и вышел.
- Здравствуйте, здравствуйте, Виктор Николаевич.- запел Рабинович - Вот
мы опять встретились. Как видите, я вас не забываю и ради этой встречи,
оторвался от родных пеннат и явился сюда. Хочу вас представить. Генерал
Федотов Андрей Иванович из комитета государственной безопасности.
Гражданский кивнул головой, продолжая пристально рассматривать меня.
- Генерал Федотов очень хотел поговорить с вами. Андрей Иванович,-
обратился он к генералу - пожалуйста, начинайте.
- Виктор Иванович, я внимательно изучил ваше дело и у меня появилось
несколько вопросов. Я знаю, что девочка Катя и гражданка Климович - живы,
после введенных вами препаратов. Перед отъездом сюда, мы обследовали их еще
раз и убедились, что они здоровы. Но как вы считаете, почему произошел
прокол с Андреем? Геннадий Рувимович, - генерал повернулся к Рабиновичу -
предполагает, что ваш препарат несовершенен, требует доработки. Поэтому и
произошел несчастный случай. Так ли это?
- Нет, не так. Препарат не требует доработки.
- Тогда в чем дело?
- Дело в его изготовлении. Я допустил маленькую неточность.
- Вы не скажете, какую?
- Нет.
Мы помолчали. Эту паузу прервал Рабинович.
- Виктор Николаевич, - заблеял он опять - мы исследовали ваш препарат,
после того, как Андрей умер, и нашли, что он полностью не пригоден для
людей. Подопытные крысы, сдохли через день.
- Гражданин Рабинович, я еще раз повторяю вам, тоже я говорил на суде.
Срок хранения препарата - два часа. И какие бы вы исследования не делали,
результатов не будет.
- Вы можете дать гарантию, что действие вашего препарата больше не
приведет к жертвам? - спросил генерал.
- Нет. Здесь много объективных причин. Самая первая, это состояние
пациента. Первоначально, надо пр



Назад