e312edbd

Кубатиев Алан - Сотня Тысяч Граммов Благородных Металлов



Алан Кубатиев
Сотня тысяч граммов благородных металлов
В вагоне тьюба сидели всего четыре человека, но и те сошли на
промежуточных станциях. Холин бродил по вагону, стараясь ощутить скорость,
с которой мчался в магнитном поле горизонтальной шахты, проложенной
глубоко под камнями и прославленным вереском Шотландии. Ах, обостренные
некогда рецепторы человека...
Он снова расстегнул сумку. Блокнот лежал в тщательно затянутом молнией
кармашке. Все материалы были в памяти ИТЭМ, но из какого-то бумажного
суеверия он берег пачку листов, стиснутых пружинной скрепкой, Почти семь
лет она ждала - с позапрошлой Мессинской регаты... Басовитый гудок
заставил Холина поднять голову. До Лейхевена осталось три станции. Он
встал и подхватил сумку.
На платформе оказалось, что гид неисправен, и Холин занервничал. Плохая
примета.
Проклиная дурацкое правило, запрещавшее строить тьюбы ближе пятисот
метров, от населенного пункта, Холин зашагал к ближайшим домам.
Первым ему навстречу попался мальчишка. Темноволосый, невысокий,
крепенький. Он с любопытством взглянул на Холина, сморщил веснушчатый нос.
Холин приостановился.
- Эй, парень, где у вас ближайший гид? - крикнул он по-английски. - Мне
надо в Глендоу!
Парень безмятежно ответил:
- Га ниель сассенах [не понимаю по-английски (гэльск.)].
Оторопевший Холин покачал головой: меньше всего он ожидал повторения
ситуации из древнего романа. Очевидно, действовать надо было теми же
способами, что и герои Вальтера Скотта. Вздохнув, он отцепил от куртки
значок с эмблемой клуба спортивных журналистов и соблазняюще повертел его
в пальцах.
Мальчишка задумчиво поглядел на него, протянул руку. Ловко поймав
брошенный значок, он тут же приколол его на куртку, где уже болталось не
меньше трех дюжин всяких эмблем. Потом он ткнул пальцем в сторону шоссе и
сказал по-английски:
- Через полчаса пойдет грузовик-автомат. У поворота на Инвернохх
сойдете и побережьем держите прямо на маячную башню. Она и есть Глендоу. В
поселке сейчас никто не живет.
Холин терпеливо выслушал указания:
- Прощай, вымогатель!
Вымогатель ухмыльнулся, достал из кармана крошечную фигурку рыцаря,
оседлавшего льва, и метнул ее журналисту.
- Тим Леннокс - честный "фэн"! - он помахал рукой.
Через час Холин стоял у маяка, утирая пот. Восемь лет назад он разок
сдуру увязался за Гертой, помешавшейся тогда на скалолазании. Но даже
самые яркие воспоминания не заменят тренировки...
Огромный полосатый столб из старого красного и желтого кирпича,
увенчанный стеклянным пузырем. Стены были изъедены временем и непогодой,
но дверь сияла новенькой медной обшивкой. Никаких следов замка не было,
лишь рядом с рамой на уровне лица Холина был вмонтирован круглый сетчатый
щиток с кнопкой. Он нажал на кнопку, подождал. В динамике щелкнуло.
- Кто там? - спросил микрофонный голос.
- Николай Холин, Федерация спортивных журналистов.
Молчание. Голос:
- Вы, должно быть, слышали, что я имею дело с вашим братом только на
соревнованиях?
- Да, - ответил Холин, усмехнувшись. - Но сейчас я предлагаю вам
изменить своему правилу.
Снова молчание. Наконец Холин услышал:
- А какие у вас основания?
- Те же, что и у вас - для отказа, - сообщил Холин микрофону. - И... -
он помедлил, - вам знакомы эти имена - Дерек Смит, Торстейн-Торнбю,
Арнольд Микк, Николай Дашеаский?
Микрофон молчал. Холин уже сильно засомневался в успехе своего
предприятия, когда дверь внезапно отворилась, и за ней вспыхнул свет. С
забившимся сердцем он шагнул вперед, зат



Назад