e312edbd

Кубатиев Алан - Книгопродавец



Алан Кубатиев
Книгопродавец
Крынкину всегда поручали ответственные дела.
Когда стало ясно, что "Эстетическая энциклопедия" так и будет
лежать на складе до морковкина заговенья, Алексей Никитич вызвал его.
Крынкин вошел в крохотный кабинет, не, стучась, сел, не дожидаясь
приглашения и спросил, не поздоровавшись:
- Что на этот раз повесите?
Алексей Никитич заметно рассердился. Знал он Крынкина не первый
день, никогда его не одобрял, но признавал его полезность в решении
проблем вроде Этой. Поэтому он притушил свой гнев и примирительно
ответил:
- Ну что ты, Володя, так сразу - "повесите"... Ты ведь ас,
"книгопродавец Смирдин"! Надо ее, проклятую, сбросить... Затоварилась!
Крынкин расстегнул замшевый пиджак, закурил длинную сигарету
"Данхилл" и сквозь дым обронил.
- Ничего, не капуста. Полежит, не протухнет.
Алексей Никитич вдохнул левой ноздрей на четыре такта, задержал
дыхание и выдохнул на четыре такта правой ноздрей. Затем сказал еще
более сладким голосом, покручивая в пальцах карандаш "Смена":
Ты сам посуди, кого же я пошлю? Бачурин в командировке, Малинина в
декрете, Озерчук бюллетенит, Пяткина еле-еле на два отдела
справляется...
Но Крынкин помотал головой, выводя тонким дымом расплывающиеся
вензеля:
- Не-е-е-ет. У меня своей рухляди хватает. Вернется Бачурин,
поставьте его, и пусть себе тужится!
Заведующий сломал карандаш и ссыпал обломки в пепельницу.
Побарабанив пальцами по бювару, сказал сдавленным голосом:
- Говори прямо, чего просишь?
Крынкин посмотрел на свою сигарету и согласно кивнул:
- Вот. Это деловой разговор, это приятно слышать! Я прошу мало.
Три экземпляра "Декоративных рыбок", три Дюма, четыре Даррелла, два
Лорки и один-единственный "Современный филиппинский детектив". После
диктуйте мне любые условия.
С каждым новым названием Алексей Никитич все глубже вживался в
кресло. Когда Крынкин умолк, заведующий беспомощно расслабил галстук,
сунул в рот таблетку седуксена и махнул рукой:
- Грабь...
Крынкин сердечно засмеялся:
- Уж вас ограбишь, Алексей Никитич! Тамара без вашей записки со
склада бумажки не даст. Вы уж напишите...
Внимательно проглядев письменное распоряжение и поймав заведующего
на попытке дать вместо четырех книг Даррелла три, Крынкин достойно
откланялся и вышел.
После его ухода Алексей Никитич еще долго чувствовал себя так,
будто у него с одежды срезали все имеющиеся пуговицы. Такое ощущение
оставалось у него даже после самого пустячного разговора с Крынкиным.
Хорошо, хоть кабинет можно было проветрить...
Батарейки Крынкин поставил свежие, поэтому мегафон рявкал так
оглушительно, что горожане, мчавшиеся по подземному переходу, невольно
бросали взгляд на заманчиво разложенную печатно полиграфическую
продукцию.
- Новый четырехтомный справочник по таксации лесоматериалов!
Незаменимое пособие для дачного застройщика! Справочник для
поступающих в вузы, вещь первой необходимости для абитуриента!
Увлекательный сборник репортажей с конных заводов Кубани! Без
"Эстетической энциклопедии" человек не может считать себя культурным!
Содержит необходимые сведения о супружеской жизни!
Народ, любопытствуя, замедлял свой стремительный бег, и Крынкин
уже распродал семь томов. От входа вниз по ступеням текла волна
ледяного воздуха. Но Крынкину мороз был нипочем. На нем были валенки
до колен, толстый свитер верблюжьей шерсти и постовой тулуп с огромным
воротником.
Часа в два его тронули за рукав. Крынкин обернулся.
Солидного вида человек нежно ему улыбался.
- Здра



Назад